Ангару сбило с ног сильной волной, она отлетела к стене, столкнулась с ней и свалилась на пол. Она прижимала к груди некий сверток, о содержимом которого мало что знала. Это был некий артефакт, который Хозяин хотел заполучить в свое распоряжение, но договариваться мирно не имел никакого желания. А заодно, как он высказался, намеревался «проверить некоторые способности своей подопечной». Он снова что-то сделал с проклятьем Ангары в попытках добиться чего-то идеального. Идеального в его представлении, конечно же.

Ангара вскочила на ноги и бросилась к разбитому окну, перемахнула через край и приземлилась босыми ногами на осколки стекла, разбросанные в траве. Некоторые из них больно воткнулись в мягкую кожу стоп, но девица лишь недовольно зашипела и кинулась наутек, оставляя за собой кровавые капли. Ангара направлялась к лесу, кутаясь в черный плащ на голое тело и пряча под ним украденную добычу.

Бестия поселилась недалеко от этой деревни несколько дней назад. Монстр жил в лесу, гнездовался в старой медвежьей берлоге, разогнал местных хищников, а также не позволял местным заниматься охотой на своей территории. Бестия не преминула воспользоваться случаем, чтобы не полакомиться местным крупным рогатым скотом. Под утро она, к слову, утащила с пастбища корову, не убила сразу, чтобы жители селения слышала крики несчастного животного. Бестия пустила ей кровь, затащила на крепкое дерево, выпотрошила, развесив кишки на ветвях, и оставила как приманку. Ангаре необходимо было, чтобы всеобщее внимание было направлено в одну сторону. А сама планировала пробраться в дом мага, найти искомое и выкрасть его. К сожалению, этот маг быстро сообразил и вернулся в дом раньше времени, застал воровку.

По дороге к своей пещере артефакт в руках Ангары вдруг стал нагреваться, пока вдруг его обертка не вспыхнула, болезненно опалив девичью кожу на животе. Девушка взвизгнула, бросила свою добычу и покатилась по земле, сбивая с плаща пламя. Поскуливая и прижимая ладони к раскрасневшейся коже, Ангара отползла в сторону, расслабила шнурок на шее и, оставив плащ болтаться на спине будто покрывало, начала превращаться в Бестию. В этом облике боль ощущалась меньше, ранам не требовалась обработка от заражения, к тому же тот маг наверняка сейчас соберет местных охотников, посулит им награду и отправит в погоню. Но Ангаре необходимо выполнить задание, чтобы избежать наказания…

Бестия подкралась к оставленному на земле предмету. Он был облеплен ошметками кожи, в которую был завернут, но уже не полыхал огнем. Зверюга занесла переднюю когтистую лапу над вещью, не решаясь взять его челюстями. Эта херова охранная магия могла все еще действовать. Со стороны опушки послышались человеческие крики и топот копыт единственной лошади. Наверняка это был тот самый маг, который наспех собрал свое жалкое, никчемное ополчение. Бестия коротко рыкнула и попятилась от артефакта. Возможно, чтобы доставить его Хозяину, придется умертвить его создателя. Может быть, его магия тогда перестанет действовать… Или силой тащить за шиворот этого мага, заранее откусив ему руки, выдавив глаза или оскопив… Неважно! Что угодно, лишь бы охранная магия больше не действовала. Хотя, точно! Бестия с удовольствием вспорет брюхо этого человечишки, сунет сверток внутрь и дотащит тело до дома. Замечательно, план готов. Осталось добыть тело мага и самой не погибнуть.

Но пока следовало отступить. Маг ведь думает, что его обокрала какая-то грязная девица, он не должен увидеть Бестию до поры до времени. Да даже если решит, что эти двое в одном отряде, кровожадный хищник, который наверняка мог оказаться бестолковым животным, – бедствие местных деревенщин, которые попросят о помощи, будут отвлекать. Маг не будет ожидать, что даже если девчонка и возвратится, то превратится в чудовище. Пускай забирает свою поганую поделку, Ангара за ней еще вернется.

Она рысью направилась в чащу леса, обошла пару замаскированных капканов. Солоноватый привкус металла и старой крови на них Бестия чуяла даже под покровом листьев папоротника. Ангара не стала возвращаться к своей пещере, решила немного побродить по округе, чтобы спутать собственные следы.

Ангара вскинула мохнатую башку, когда услыхала вскрик одинокого ворона. Птица вилась не слишком далеко. Возможно, пировала коровьими потрохами. Странно только, что на тушу не слеталась вся стая. Хотя этот пернатый разведчик мог как раз и сообщать о неожиданном подарке судьбы, раскинувшему прямо на ветвях деревьев. Ангара потянула воздух черными влажными ноздрями и фыркнула, почуяв запахи лошадиного и человеческого пота. По лесу шарился всадник. Может быть, просто путник. Может быть, знакомый маг из деревни или какой-нибудь его прихвостень. Селяне не сунулись бы верхом в лес. Лошади были ценным ресурсом и редко использовались здесь для верховой езды. Обычно они тянули телегу или плуг. Низкорослые и крепкие рабочие лошадки не были предназначены для долгих путешествий через лесные дебри.

Зверюга по дуге двинулась в обратный путь туда, откуда ветер доносил любопытные запахи. Ангара затаилась среди бурелома. Она не двигалась, ее бока едва заметно вздымались из-за дыхания. Монстр распластался по земле и практически слился с местностью. Через некоторое время в сторону деревни промчалась оседланная лошадь без всадника, она всхрапывала на бегу и жала уши к голове, очевидно чем-то напуганная. Животное должно было быть прекрасно обученным не срываться в галоп, почуяв волка там или медведя, но неизвестный ему запах Бестии, судя по всему, выбил бедолагу из равновесия. Ангара не шевельнулась, не повела даже ухом, просто проводила взглядом убегающую лошадь. Чуть поодаль раздался негромкий и незнакомый мужской голос, который обращался то ли к самому себе, то ли к… Ангара не была уверена, с кем разговаривал незнакомец, но определенно с кем-то, хотя, судя по запаху, он был один, если не считать кружащего над ним ворона. Хищница продолжила лежать, но на этот раз развернула уши в сторону, откуда примчалась лошадь. Ее всаднику теперь точно не сбежать. Если этот мужчина явился по душу Ангары, то она его разочарует и без ожесточенного боя не сдастся.

Человек двинулся дальше в чащу, отдаляясь от Ангары. Ворон полетел следом. Необычно. Ангара медленно и осторожно подняла голову, снова втянулся носом воздух. Она выбралась из-за поваленных, заросшими мхом, стволов деревьев, поднялась на лапы. В этот самый миг раздался до боли знакомый лязг металлических зубьев. Капкан дождался своей жертвы. Лесную тишь пронзил человеческий вопль, от которого даже Бестия поморщилась. Она была согласна, что медвежий капкан – одна из самых болезненных ловушек. Без чужой помощи из него было практически не выбраться. Значит, этот человек был не местным охотником, здешние, как правило, помнили о своих собственноручно установленных западнях.

Ангара кралась на крики и шумную возню. Незнакомый мужчина оказался невероятно силен, раз смог раненный разжать стальные челюсти капкана. Зверь замер на месте с поднятой лапой, не успев опустить ее на землю. Ангара испытала некоторый интерес. Человек не был похож на местную деревенщину, не был простым торговцем, он умел управляться с мечом. Да и с капканом справился умело. Без мольбы о помощи, без истерики. И знал, как следовало остановить кровь. Он разделся по пояс, а Ангара так и продолжала почти недвижимой статуей прятаться за деревьями и кустарниками. Что ж, когда она еще успеет насладиться привлекательным мужским телом перед тем, как раскусит его пополам. Рубашка незнакомца разошлась на лоскуты, которыми он замотал свою ногу. Ткань слишком быстро промокла насквозь. Ангара отчетливо чуяла запах крови. Рот тут же наполнился слюной, Бестия вздрогнула всем телом, но человеческая сущность удержала чудовищное тело от прыжка и подавила большую часть своей жажды до чужой крови, мяса и костей.

Мужчина бледнел, чаще дышал, на лбу выступила испарина. Он терял силы и сознание. Кровь слишком быстро покидала его тело. Убивать человека, который и так был на волосок от смерти, не мог держать оружие, разговаривал с птицами… Ну-у-у, честно говоря, было низко даже для Бестии. Тем более не шибко-то и хотелось привлекать к себе еще больше внимания до того, как Ангара добудет необходимый артефакт. А, возможно, этот человек мог сыграть еще свою роль для отвлечения мага. Если выживет и захочет отблагодарить милую и заботливую девушку, повстречавшуюся ему в лесу.

Бестия недовольно оскалилась, взрыхлила землю когтями, но все же отступила, позволив Ангаре принять свой истинный облик и запахнуться в старый плащ. Она затянула его потуже завязками у себя на поясе и босая зашагала к незнакомцу. Ветки предупредительно хрустели под женскими ступнями, Ангара и не пыталась скрыть своего приближения. Она остановилась в паре метров от мужчины, чтобы в случае необходимости иметь возможность отскочить от направленного ей в грудь острия меча. Она попыталась придать своему лицу более озабоченного и обеспокоенного вида, но вот язык остался помойным. 
- Эко тебя занесло! Здесь только местные знают этот лес. А тебя я что-то раньше тут не видывала. Нужно быть совсем клубнеголовым, чтобы не приметить медвежьего капкана! С виду ты как лужа поноса, а твоя рана… - Ангара наклонилась, уткнув руки в бока, сощурилась будто не могла разглядеть замотанную ногу, - Выглядит еще хуже. Ее нужно промыть, замотать потуже, приготовить травяных настоев. Если хочешь, я могу помочь.

Отредактировано Ангара (2026-03-23 18:00:00)

Незнакомец ухмыльнулся сквозь боль искаженной улыбкой, но все же это была она. Ангара фыркнула и выпрямилась, не сводя глаз с истекающей кровью конечности мужчины. Ангара дышала неторопливо и неглубоко, чтобы лишний раз не раззадоривать Бестию самым любимым ее ароматом. Она и не двигалась с места. Следила за человеком на земле, шарила взглядом в поисках припрятанного оружия.
- Опасность представляют здесь только расставленные по всему лесу капканы. Но как славно, что сюда явился ты и схлопнул один из них собой. Жаль, конечно, твою ногу, но, возможно, ее еще можно спасти. А что насчет меня… Считай, что я здесь живу, и ты своим воплем нарушил мой покой. Я всего лишь дочь местного охотника.

Теперь настало время незнакомца изучающе разглядывать Ангару, а она позволила ему. Если он поверит ее словам, то, значит, он был совсем доверчивым дураком, несмотря на свою грозный внешний облик. Если не поверит, то будет прав, но ведь он сам наверняка не собирался рассказать всю правду о себе незнамо какой девице? Нельзя винить молодую девушку в нежелании безоговорочно довериться мужчине, пришедшему с чужих земель и не способному глядеть себе под ноги.

Все же Ангара решила сделать шаг к распластанному на земле человеку. Его следовало переместить с этой поляны, но без помощи он вряд ли сделает несколько шагов. Не хотелось тащить его к с своему логову. Можно было поселить временно у речушки, что брала начало из земли в лесной чаще. Или вовсе проводить до деревни, как кровь перестанет хлестать из раны? Скажем, завтра рано-поутру проводить до окраины леса? Рискованно для Ангары. Маг, которого она пыталась обокрасть, мог запомнить ее лицо и предупредить селян о подозрительной девице. Дерьмо медвежье! Стоит вообще бросить этого мужика тут! Пусть сам как-нибудь справляется со своей ногой, может его ручной ворон сможет и в этом деле подсобить. А как вообще можно научить птицу различать растения и приносить необходимую? Собак-то еще можно приучить на дичь, но на травы? Чушь какая-то.

Ангара подошла еще ближе, опустилась на колени. С собой у нее ничего не было, кроме старого плаща… Лоскуты ткани на икре несчастного бедолаги насквозь пропитались кровью. Травма выглядела очень нехорошо. Ангара вздохнула и нахмурилась, а мужчину больше интересовало ее имя, чем собственное состояние. Она поднялся свое лицо, не расслабляя сдвинутые к переносице брови, рывком кисти отбросила за спину длинные волосы.
- Кто-то зовет меня Ангарой. Брук… Не подходит это имя тебе. И на имя-то непохоже… Но меня это не касается, - проклятая фыркнула, - Ты о красноголовнике? Или ее еще называют кровохлебкой. Она поможет, но не сейчас. Я бы отвела тебя в деревню, но она слишком далеко. Ты можешь не выдержать этот путь, - Ангара задумчиво склонила голову набок, пожевала нижнюю губу, - До моей стоянки куда ближе. Есть чистая вода и ткани для перевязки. Выбирай. Но мне понадобиться в любом случае твой ремень.